Александр Сирченко, TUI: Как массовый туроператор может развивать турпоток в регионы России

Как ТО договаривается с принимающими компаниями, строит работу с отелями и учит музеи создавать современный турпродукт.

20 мая 2019 08:02

Зимой 2018 года TUI Россия активно взялся за продвижение российского регионального турпродукта. Сначала это были туры на Камчатку, затем Сахалин, Хабаровский край, Калининград, Карелия, Ростовская и Ярославская области — сегодня в портфеле туроператора 36 регионов России. С руководством этих субъектов подписаны соглашения о партнерстве, предусматривающие содействие со стороны туроператора в формировании турпродукта и в его продвижении на рынке.

Заместитель генерального директора TUI Россия Александр Сирченко рассказал Profi.Travel о том, как туроператор строит свою работу с региональным турбизнесом и как помогает развивать и продвигать турпродукт. А также о том, что мешает делать эту работу более эффективно.

Беседа состоялась в рамках туристического форума «Большой Урал», который прошел в Екатеринбурге в конце апреля.

— Сегодня TUI является одним из наиболее активных игроков на рынке внутреннего туризма. Какие у вас планы на этот год?

— В первую очередь, планы предусматривают увеличение почти в два раза объёма продаж по сравнению с прошлым годом. Активно открываем новые направления, новые туристские маршруты по Российской Федерации, мы двинулись на Дальний Восток, создали дополнительно маршруты по Камчатке, Сахалину, Хабаровскому краю. Мы сформировали команду, которая занимается Сибирью и Дальним Востоком.

Если говорить о проблемах, которые существуют в развитии внутреннего туризма, то перевозка является главной из них. Мы ведем переговоры с органами власти в этих регионах по минимизации затрат на авиаперевозки. Допустим межрегиональные перевозки на Сахалин, или внутри этого региона — с Сахалина на Итуруп — могут быть субсидированы из бюджета региона. Точно так же могут субсидировать по договоренности с Хабаровским краем перелеты на Сахалин.

— Туроператор начал сотрудничать с несколькими десятками субъектов: от Калининграда до Камчатки. Есть какой-то общий алгоритм для входа в новый регион?

-.Сначала, конечно, анализ, мониторинг ситуации и определение реперных точек в виде местных красот, услуг, особенностей и достопримечательностей, на основе которых можно сделать в дальнейшем хороший, привлекательный турпродукт. Фактически, это глубинный анализ потенциала: есть там что-то нужное или это такие «дутые пузыри».

Во многих регионах местные игроки могут считать, что местный продукт хорошего уровня. Но когда международная компания с таким опытом как TUI начинает исследовать его подробнее, то мы иногда видим, что уровень сервиса — низкий, уровень обслуживания транспортных компаний — низкий, возникают сложности с экскурсоводами, особенно если речь идет об иностранных языках. Следующий этап — это поиск партнеров на месте.

— Про партнеров хотелось бы поговорить отдельно. В большинстве регионов, это не какие-то крупные игроки, а довольно ограниченное число небольших компаний. Как с ними строится работа?

— Самое важное — донести до рынка, что мы пришли не для того, чтобы с ними конкурировать. Фактически мы являемся агентами по продаже туристического продукта, созданного этими туроператорами. И вот этот турпродукт на определенных коммерческих условиях они передают нам, для того чтобы мы его через нашу разветвленную сеть продавали.

Одно дело, когда они пытаются через свои каналы что-то продать, и другое дело — приходит крупный туроператор, который работает с порядка 11 тысяч агентств по всей стране.

— Как местный рынок на все это реагирует?

-Зависит от региона. Есть рынки, которые очень настороженно относятся к появлению крупного игрока. Зачастую у них был негативный опыт прихода какого-то федерального туроператора, который делал свою принимающую компанию, работал, практически убивал весь бизнес местный, а потом уходил.

Это не наша стратегия. Даже несмотря на то, что на сегодняшний день нам выгодно работать с отелями напрямую, мы в очень редких случаях так делаем. Пока мы используем тот потенциал, который есть у местных туроператоров. Потенциал «договороспособности» — я бы так выразился. Потому что им легче, зная друг друга в лицо с отельерами, с транспортными компаниями, получить более приемлемые условия.

— Обычно ваш выход на рынок того или иного региона сопровождается подписанием соглашения с местными властями. Что это дает на практике?

— Да, как крупный федеральный туроператор мы выработали свой механизм взаимодействия с органами власти. Мы заключаем соглашения, и, работая с нами, региональные власти легче идут на координацию этих действий, в том числе в финансовой сфере.

Мы подписали соглашение с 36-ю субъектами РФ, причем в большинстве случаев подписантом со второй стороны выступают первые лица регионов. Соглашения затрагивают многие аспекты развития туризма, в том числе совместное продвижение туристских возможностей региона и созданного турпродукта.

Допустим, инфотуры или бизнес-трипы: одно дело маленький туроператор, который пытается что-то организовать, не всегда органы власти пойдут навстречу ему. Когда приходит крупный туроператор, мы имеем возможность привезти федеральные СМИ, представителей успешных агентств. У нас были такие примеры, когда мы привозили 60, 70, 150 — как во Владикавказ — агентов. Агентов, которые приезжают, смотрят регион, их обучают фактически на месте, показывают что они будут продавать.

— Сейчас многие мировые туроператоры стараются развивать собственную отельную базу, берут в управление объекты размещения и так далее. В России такие примеры есть. Насколько такая модель интересна TUI Россия?

— Управление — это возможный вариант. У TUI есть такой опыт и продукт на зарубежных курортах, когда создаются свои дифференцированные концепции отдыха, плюс порядка 90 отелей на территории Турции и других стран, с которыми мы работаем на эксклюзивных условиях.

В России такого опыта нет, за исключением Краснодарского края, где есть несколько отелей, которые работают под нас. Это, с одной стороны, и выгодно отелям, потому что они получают раньше некоторое финансирование. Второе — они точно знают, что будут загружены.

В России так работать сложнее, отели не всегда к такому готовы. Могу в качестве примера привести конкретный объект на Северном Кавказе. Там хорошее место, зимой можно было бы поработать, мы им предложили контракт с октября до мая, только цена должна быть сквозная. Они говорят: «Нет, мы вам можем дать все, за исключением периода с середины декабря по январь включительно, когда у нас будет хорошая загрузка». Это разве подход? Тогда мы начинаем обсуждать, по каким ценам они готовы дать нам высокий сезон. Они этого тоже не могут сказать заранее, потому что сформируют цену только непосредственно перед высоким сезоном с учётом предстоящего спроса.

У других отелей другие сложности есть. Но мы стараемся сейчас, конечно, выходить на прямые контракты с отдельными регионами и отелями в этих регионах, чтобы в дальнейшем можно было работать.

— В отдельных регионах вы более активно участвуете в разработке турпродукта. В частности, ведете работу с музеями. Как это реализуется?

— Один из примеров, который на слуху, — проект «Музеи Русского Севера», финансируемый совместно Северсталью и TUI. Начали с четырех регионов, сейчас это уже 12 субъектов Российской Федерации. Собираем представителей музейного сообщества, туроператоров и обучаем технологиям эффективного сотрудничества. Как из музея сделать хороший турпродукт, каким должно быть эффективное взаимодействие, что нужно для туроператора.

Предположим, есть интересный объект посещения, образовательный, в какой-то степени, информационный. Скажем, «Музей мыши» в Мышкине, есть интересные музеи в Переславле-Залесском. Это не обязательно музей в терминологии Минкульта, просто очень привлекательное место для туристов, там может не быть ни одного экспоната, который бы подлежал государственному хранению. Но если мы говорим о туризме, то надо развивать то, что интересно.

Мы анализируем, куда люди хотят поехать. Большинство хотят поехать в Италию, потому что там интересная история и культура. А едут знаете куда? — в Турцию. Но ведь у нас в России ничуть не меньше культурных, исторических и природных достопримечательностей. Вот мы бы хотели, чтобы общими усилиями можно было сделать так, чтобы россияне в первую очередь хотели ездить по родной стране.

— Насколько охотно музеи идут на работу с туроператорами?

— Они не всегда до конца понимают, в чем заключается наш вклад. Например, один монастырь не устраивало, что ТО, которые работают с ними, забирают себе слишком большую часть от выручки.

Понять их можно. Мы даже пошли им навстречу и помогли создать собственного туроператора. Но для них это совсем новая сфера деятельности! Это говорит о том, что могут быть хорошие событийщики, могут быть хорошие музейщики, экологи и все остальное, но они зачастую не могут превратить все то богатство, которое у них есть, в нормальный туристический продукт. И вот здесь, на мой взгляд, нам очень активно надо друг другу помогать, подсказывать как это сделать.

— Сейчас работа с местными туркомпаниями строится в таком персональном, офлайновом режиме, и вместе с тем, генеральный директор Тарас Демура говорил о создании маркетплейса, который позволил бы объединить поставщиков услуг на единой платформе. Как сейчас обстоят дела с онлайн-платформой?

— Все осталось в силе, работа над маркетплейсом ведется, но есть наиболее первоочередные задачи, связаные с совершенствованием IT-составляющей. Такие технологии не создаются в одночасье. В перспективе об этом как раз и говорим.

— Говоря о продвижении, вы способствуете каким-то образом промоушену регионов на зарубежных рынках? Те же Сибирь и Дальний Восток, наверняка, с прицелом на Китай разрабатывались?

— Мы начали заниматься въездным туризмом немногим больше полугода, с осени прошлого года. Но работа проделана большая. Активно участвуем в выставках совместно с регионами. Например, с Вологодской областью в Германию, с Санкт-Петербургом — в Китай, Гонконг, Японию, с Москвой — в Латинскую Америку.

Мы фактически консолидируем усилия. Регионам нужны представители бизнеса, чтобы более предметно работать на выставках, а нам нужны выгодные места на этих стендах, воркшопах. И так мы спланировали с определенными регионами выезд на зарубежные мероприятия.

— Недавно была принята программа субсидий по стимулированию въезда. Насколько подобные инструменты помогают крупных операторам?

— Исходя из опыта программы субсидирования. которая была принята в прошлом году (постановление Правительства РФ номер 926) , я знаю, что были отдельные туроператоры, которые смогли получить эти деньги. Около 80 миллионов было выплачено из 320 млн запланированных. Ни один из крупных туроператоров ими не воспользовался.

— Почему?

— По целому ряду причин. Во-первых, программа была принята в августе, а вступила в действие в сентябре, когда высокий сезон уже был закончен.

Второе — это наличие в списке документов на получение субсидий пунктов, которые крупные туроператоры выполнить не могут. Например, надо предоставить информацию о туристе, фактически это передача персональных данных третьему лицу. Крупные ТО самостоятельно не общаются с туристами, и у нас нет согласия туриста на такие действия. Его могут как раз получить региональные туроператоры, которые и воспользовались субсидиями.

Мы ведь фактически являемся агентами, продаем продукт другого туроператора. С одной стороны эта схема помогает нам работать, с другой стороны, она лишает нас возможности получить субсидии — продукт не наш.

Мы активно участвовали в разработке постановления о субсидиях, давали предложения, но так получилось, что вышел вариант не совсем удовлетворяющий крупных туроператоров.

— Субсидирование въездного турпотока — лишь один из вариантов финансовой поддержки. План «Экспорта услуг» предусматривает также субсидии на адаптацию турпродукта к требованиям целевых рынков, а также на продвижение за рубежом. Постановления по этим субсидиям в какой стадии?

— Да, были инициативы по нескольким направлениям. Одна из них, это субсидирование маркетинговых действий туроператоров, которые работают на въездном рынке. Был проект постановления правительства, подготовленный Ростуризмом при участии ТО. Предлагалось, чтобы туроператор разрабатывал так называемую корпоративную концепцию продвижения своего продукта: печатная продукция, сувениры, инфо-туры и так далее. Эта концепция представлялась бы на согласование в Ростуризм, который в случае положительного решения заключал бы соглашение с этим туроператором о предоставлении субсидий.

Пока проект остается на уровне проекта. Но сама идея субсидирования государством въездного туризма очень хорошая. При этом механизмы реализации могут быть различными. К примеру, субсидирование маркетинговых программ туроператоров, например, в пропорции 50 на 50, как это делают некоторые страны. Или субсидирование ТО за каждого привезенного иностранного туриста (по аналогии с вышеуказанной поддержкой внутреннего туризма).

Эту работу безусловно надо продолжать. И здесь многое зависит от эффективности сотрудничества органов власти и турбизнеса.

Только важное. Только для профи.

7104

Поделитесь:

#туроператоры #внутренний туризм #интервью

Написать комментарий

Для того чтобы оставить комментарий нужно авторизоваться на портале

Минэк не собирается регулировать турплатформы: туроператоры думают сменить статус

По словам классических игроков рынка, позиция регулятора может подтолкнуть их переквалифицироваться в агрегаторов

11 июня 2026 18:23 Автор: Светлана Баева

Специального регулирования туристических платформ пока просто не требуется, сказал замминистра экономического развития Дмитрий Вахруков на форуме «Путешествуй!». По его мнению, продажа туров, туруслуг и других товаров имеют мало отличий. Ключевая тенденция сейчас — постепенная трансформация классических туроператоров в платформенные решения. Либо же, по его мнению, они рискуют быть поглощенными агрегаторами.

«Давайте признаемся честно, отличий платформенных решений в сфере туризма, в сфере путешествий от платформенных решений в других товарных группах, группах услуг, на самом деле не очень много. Отсюда исходит одна из наших текущих парадигм, что специального регулирования туристических платформ пока просто не требуется», — сказал замминистра.

При этом Дмитрий Вахруков отметил, что роль платформ сегодня — сокращение издержек и разрывов между продавцом и покупателем, а туризм же — сложносочиненная и сложно администрируемая отрасль, так как он состоит из комплекса услуг. И тем не менее, по его словам, ключевая тенденция сейчас — трансформация классических туроператоров в платформенные решения. Замминистра подчеркнул, что туроператоры, нацеленные на массовый спрос, а не на сложные, специализированные турпродукты, если не смогут адаптироваться, то в будущем могут быть поглощены платформенными решениями.

Такая позиция регулятора, действительно, может привести к поглощению, считают в отрасли. Туроператорам, учитывая финансовую и законодательную нагрузку, будет сложно конкурировать с маркетплейсами, которые могут продавать те же перевозку и размещение, но при этом не получать фингарантий и не нести ответственности перед туристом за все услуги, входящие в поездку. Это может подтолкнуть туроператоров к тому, чтобы самим «трансформироваться» в агрегаторы, то есть фактически — разделить турпакеты на отдельные услуги и перестать делать отчисления в фонды «Турпомощи», изыскивать средства на страхование гражданской ответственности и решать проблемы туристов, продлевая им размещение в отеле и вывозя за свой счет в случае нештатных ситуаций, говорят эксперты.

«Я был бы только рад, если бы нас регулировали так же как обычные маркетплейсы. Сейчас же туроператоров регулируют выборочно: когда нужно — по закону о защите прав потребителей, когда случается какая-то неприятность, вспоминают, что мы отвечаем за жизнь и здоровье туристов, а также обо всех остальных законах, — сказал генеральный директор компании Space Travel Артур Мурадян. — У нас своя ответственность, а у платформенных экономик — своя, точнее никакая. Если бы было единое правовое поле, то всем стало бы легче и можно было бы говорить о здоровой конкуренции».

По его словам, если агрегаторы и маркетплейсы выполняют квазитуроператорскую функцию, у них должна быть такая же ответственность, как и у операторов: «У нас колоссальная финансовая ответственность, помимо этого — огромная ответственность за туристов, мы обязаны соблюдать много правил и требований. А когда человек обращается в агрегатор, то получает там не деньги, а купон на скидку. Это несправедливо».

Артур Мурадян отметил, что у него уже возникала эта мысль: проще трансформироваться в агрегатора, не иметь никакой ответственности и не попадать под 99% регулирований. По его словам, компания действительно сейчас думает над тем, чтобы сменить статус.

Генеральный директор компании «Арт-Тур» Дмитрий Арутюнов заметил: возможно, для каких-то массовых туроператоров слова Дмитрия Вахрукова актуальны — компаниям действительно нужно переформатироваться, и они уже это делают. «У нас есть пример Wildberries и Fun&Sun. Думаю, что кто-то из крупных массовых туроператоров в итоге уйдет под «Озон», — сказал эксперт. — Но надо понимать, что именно мы считаем платформенным решением. У многих серьезных туроператоров, которых нельзя отнести к супермассовым, тоже есть системы бронирований аналогичные той, что у Wildberries. Если турист сам все онлайн забронировал, онлайн заплатил на сайте туркомпании — почему в таком случае это должно регулироваться не по тем же правилам, что для маркетплейсов? Но это скользкая дорожка, и решения тут должны быть очень хорошо продуманы».

Дмитрий Арутюнов напомнил, что туроператоры несут ответственность за туристов. «Недавние события на Ближнем Востоке показали: клиенты маркетплейсов успешно отсылались к авиакомпаниям, к отелям, никто не выкупал билеты, чтобы вернуть их домой, никто не продлевал им размещение, все было за счет самих туристов. В случае туроператоров все делается за наш счет. Поэтому тут при одинаковых практически условиях игры получается очень несправедливый подход с точки зрения законодательства. Мне кажется, это самое важное, а не то, кто кого будет поглощать», — сказал эксперт.

Таким образом, по его словам, если регулятор предлагает продавать туры только через маркетплейсы, нужно быть готовым к тому, что в случае повторения негативных сценариев тысячи туристы могут оказаться брошены на произвол судьбы без денег на размещение в отеле и покупку билета домой.

«Необходимо создать равные условия игры для всех, — подчеркнул Дмитрий Арутюнов. — Назвать свой сайт маркетплейсом, пользоваться правовым нигилизмом, отсутствием обязательств — очень удобная история. Но нужно осознавать, куда это может привести всю отрасль».

Только важное. Только для профи.

Читайте в Телеграме

Все новости в Max

Все новости в ВК

2170

Источник:

Profi.Travel

Поделитесь:

#туроператоры #внутренний туризм #выездной туризм #агрегаторы

Фото: Светлана Баева, Profi.Travel

Написать комментарий

Для того чтобы оставить комментарий нужно авторизоваться на портале

Как дефицит бензина меняет турпоток, и кто возьмет блоки на Занзибар

Ключевые новости турбизнеса

11 июня 2026 19:41 Автор: Артём Чумак

На этой неделе мы следили за тем, как проблемы с бензином разворачивают туристов из Крыма в Анапу, где, кстати, тоже не все хорошо на заправках, чем оборачивается коллапс в аэропорту Сочи, где ограничения не прекращались несколько дней подряд, к каким последствиям ведет новый виток эскалации вокруг ирано-израильского конфликта, а также за новыми блочными программами, которые вот-вот появятся на рынке. Об этом и многом другом — в нашем пятничном дайджесте.

В Крыму и Краснодарском крае — проблемы с бензином: как это влияет на турпоток?

Одним из самых читаемых материалов на этой неделе стала наша новость о том, что Крым может потерять 3-4 млн туристов (то есть фактически половину всего турпотока) из-за дефицита бензина. По данным Travelline, это привело к тому, что уже с 24 мая по 6 июня количество бронирований на полуострове снизилось на 31% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, в Севастополе — на 40%. А аннуляции в те же даты превысили 70%. Это неудивительно: 74% отдыхающих в Крыму добираются туда на своем авто. Остальные — на поездах, с расписанием которых тоже начались проблемы из-за попадания в состав беспилотника.

Как уточнил основатель сети туристических агентств «Розовый слон» Алексан Мкртчян, сейчас на два новых бронирования в Крыму приходится десять отмен старых. «Никто не хочет попасть в ловушку из-за топливных проблем», — заявил он. По его оценкам, в этом году Крым может недосчитаться 3–4 млн туристов. Эксперт считает, что часть путешественников вместо полуострова выберет Анапу.

Его слова подтверждаются уже сейчас. «Можно сказать, что Крым возвращает Анапе тот долг туристами, который образовался в прошлом году: тогда полуостров получил тех, кто решил отказаться от отдыха в анапских отелях из-за выбросов мазута», — сказал генеральный директор туроператора «Дельфин» Сергей Ромашкин.

По его оценкам, за прошлую неделю, с 1 по 7 июня, рост спроса на отдых в Анапе составил 70%, тогда как до всех негативных новостей направление продавалось на 40% лучше, чем в 2025 году. И это — несмотря на то, что очевидцы сообщают о дефиците бензина, которых затронул и Краснодарский край, и Анапу в том числе. Как поясняют туроператоры, для Анапы это все же меньшая проблема, чем для полуострова, где нехватка топлива может стать критичной.

Туроператоры подали заявки на блоки мест на прямых рейсах на Занзибар

Два туроператора ведут переговоры о блоках мест на рейсах авиакомпании Air Tanzania из Москвы в Занзибар, которые начнут выполняться 2 июля. Как стало известно Profi.Travel, это Ambotis Holidays и «Пакс». Договоренности на последней стадии, однако все будет зависеть от окончательных условий, которые предложит перевозчик. В компаниях подтвердили редакции свои намерения.

На рынке отмечают, что интерес к Занзибару есть, а туры на рейсах Air Tanzania выгоднее, чем «на крыльях» других авиакомпаний. Однако есть и сомнения. Прежде всего, экспертов смущает заявленная частота: трижды в неделю. По мнению профессионалов турбизнеса, для Dreamliner это очень много — на острове просто нет такого количества номерного фонда. Однако, как подчеркнул генеральный директор туроператора Ambotis Holidays Виталий Стаматов, конечный пункт — Дар-Эс-Салам, крупнейший город Танзании, откуда возможен транзит в другие африканские страны.

Опасения на рынке также вызывает организация обратного перелета. Дело не только в том, что рейс будет выполняться с техпосадкой в Дар-Эс-Салам, а стыковка займет пять часов. На данный момент, как следует из расписания авиакомпании, речь идет о том, что с Занзибара пассажиров будет забирать легкомоторный самолет, а уже в Дар-Эс-Салам их пересадят на Dreamliner, который полетит в Москву. В таком случае пассажирам придется забирать багаж и проходить процедуру перерегистрации.

По информации Виталия Стаматова, это не окончательное решение авиакомпании. То, как будет организован обратный перелет, должно решиться в течение ближайших дней. «Сейчас решается, либо из Занзибара будет подлет на Airbus A220, либо маршрут вообще поменяют на Дар-Эс-Салам — Занзибар — Москва», — пояснил он.

Иран и Израиль обменялись ударами: отмены ограничений на продажу туров в ОАЭ не ждать?

Дефицит доступных массовых направлений, между тем, на рынке никак не компенсируется. На этой неделе было два витка эскалации между США, Израилем и Ираном.

В понедельник страны обменялись ударами, Иран закрывал воздушное пространство вокруг международного аэропорта Имама Хомейни в Тегеране. Рейс «Аэрофлота», который около 8 утра понедельника вылетел в Дубай, был перенаправлен в Самару. Больше заметных сбоев в расписании авиакомпаний не было, но эксперты напоминают: перелеты разрешены, тогда как туры продавать до сих пор нельзя. И новое обострение конфликта, скорее всего, еще отодвигает дату снятия ограничений.

В ночь со среды на четверг последовали новые удары. И уже на следующий день турбизнес рассчитывал найти ответы о том, ожидать ли снятия ограничений на продажу туров, или готовиться к долгому запрету, на форуме «Путешествуй!». Там теме ОАЭ была посвящена отдельная сессия, кроме того, состоялся закрытый бизнес-диалог с министром экономического развития РФ Максимом Решетниковым. Однако, по словам участников рынка, тема эскалации конфликта, как и вопросы будущего продаж туров, старательно обходились. На прямой вопрос министру на закрытом мероприятии туроператоры получили ответ: все зависит от МИДа, Минэкономразвития не может принять это решение самостоятельно.

Подобные сигналы, по мнению экспертов, свидетельствуют о том, что рассчитывать на скорейшее снятие ограничений не стоит.

Турагентам порекомендовали не работать со всеми туроператорами сразу

В условиях такой турбулентности на рынке, как сегодня, турагентам стоит внимательнее относиться к выбору партнеров. Об этом заявила замгендиректора туроператора Anex Яна Муромова в онлайн-эфире на Profi.Travel. Другие эксперты поддержали эту точку зрения, пояснив, какие признаки могут быть сигналом о том, что сотрудничество стоит прекратить.

«Когда слишком много информации и большое количество вопросов, проблем, стоит не пытаться охватить все сразу и продавать продукты всех туроператоров наравне. Более резонно сфокусироваться на нескольких партнерах, работа с которыми комфортна и понятна. Развивать взаимодействие с тем, кто уже себя зарекомендовал, с кем четко работают системы индивидуальных планов продаж, чтобы можно было прогнозировать свою прибыль и не бояться неожиданностей», — сказала Яна Муромова.

С этим мнением согласилась заместитель генерального директора по маркетингу туроператора «Пакс» Любовь Чучмаева. Отвечая на вопрос модератора онлайн-эфира, она пояснила, на что стоит обращать внимание, выбирая партнеров в условиях турбулентности на рынке.

«В кризис стоит особенно пристально отслеживать признаки неустойчивой компании. В первую очередь это, конечно, демпинг. Все профессионалы понимают, что стоимость отелей и авиаперевозки у всех туроператоров — плюс-минус одна и та же. Тем более у тех, которые на GDS-рейсах. Сформировать цену значительно ниже, чем в среднем по рынку, практически невозможно — если только не уходить в ноль или в минус. Таким образом, демпинг — это всегда тревожный звоночек», — предупредила эксперт.

Туристов пересадили на другой рейс и забыли сообщить об этом

Транспортный коллапс, который начался в аэропорту Сочи из-за атак беспилотников еще на выходных, напоминал о себе практически в течение всей недели. Как рассказала Profi.Travel турагент, ее клиентов, которые должны были вылететь в ночь на понедельник, 8 июня, из Санкт-Петербурга в Сочи, чтобы оттуда отправиться в Абхазию, пересадили на другой рейс и забыли предупредить об этом. В итоге они никуда не улетели.

Изначально им поменяли дату вылета на 11 июня. Туристов это не устраивало: отдых заканчивался уже 14-го, и агент попросила пересадить их на ближайший рейс. Агент попросила туроператора отправить их пораньше, и компания предложила вылететь в 17:45 понедельника, 8 июня. Агент и туристы мгновенно согласились, но практически до самого вылета заявка оставалась со статусом «В работе». Туристы не могли понять, ехать им в аэропорт или нет. Никакой информации ни агенту, ни ее клиентам не давали.

Уже во вторник, 9 июня, оказалось, что они все-таки должны были улететь накануне. Однако ни в бронировании у туроператора, ни в личном кабинете на сайте авиакомпании, по словам агента, этой информации не было. Также не было маршрутных квитанций, СМС-оповещения. Позже туроператор решил выяснить, почему туристы не явились на рейс. А на вопрос, как они должны были узнать о необходимости прибыть в аэропорт, туроператор посоветовал агенту написать обращение в личном кабинете.

Вылет 11 июня их по-прежнему не устраивает. «Больше никакой информации нет. Видимо они ждут, когда я нажму кнопку «Аннулировать», — предположила турагент. Юрист рассказал, каковы перспективы иска в этом случае.